Thelonious Monk - Blue Monk джаз видео

25 ноября 1963 года фотография Thelonious Monk должна была появиться на обложке журнала „Time". Но 23-го убили Кеннеди, и обложку пришлось заменить. К фотографии джазмена журнал вернулся только в феврале следующего года. „Тайм", до этого уделявший внимание джазу лишь в коротких полупрофессиональных рецензиях, наконец-то признал джазовых исполнителей национальными героями. До Thelonious Monk такой чести удостоился только Дэйв Брубек, завоевавший популярность в среде университетских интеллектуалов.
Была в этом какая-то странность. Если уж говорить о джазе, то Луи Армстронг, Элла Фицджеральд, Дюк Эллингтон или Каунт Бэйси были значительно популярнее, а среди новаторов, известных узкому, но влиятельному кругу музыкантов, выделялись Charlie Parker, Dizzy Gillespie или Miles Davis. Но выбор „Тайма"— официоза, обладавшего каким-то футурологическим чутьем,— пал на Thelonious Monk. И оказался безошибочным.
Репутация Thelonious Monk среди джазменов нового поколения была на самом деле достаточно высока. В 1942 году он вошел в группу молодых музыкантов, создававших новый стиль, названный благодаря дурашливой фантазии Dizzy Gillespie малопонятным словечком „бибоп". Молодые афроамериканцы, не принимавшие оптимизма свинга, голливудской американской мечты, усиленно пропагандируемого благополучия общества и, в особенности, распространенного утверждения, что черные джазмены — всего-навсего талантливые „развлекатели", создавали новую музыку, основанную на виртуозной импровизации и на мелодике, далекой от песенной продукции.
Центром джазовой фронды стал клуб "Minton's Playhouse", открывшийся в 1940 году на 118-й улице в отеле „Сесиль". Это было удобное местечко, чтобы заглянуть туда после работы. Музыканты, отыгравшие танцевальные программы в каком-нибудь биг-бенде, с удовольствием заходили „к Минтону", чтобы от души помузицировать по-своему. Здесь бывали саксофонисты Лестер Янг, Коулмен Хоукинс и Бен Уэбстер, трубач Рой Олдридж. Каждую ночь до утра на сцене сидел гитарист Чарли Крисчиен. Здесь рождалось то ощущение свободы, которого не могло быть в дисциплинированных биг-бендах. Музыканты выбирали невероятно быстрые темпы, отказывались от постоянной опоры на граунд-бит и дерзко экспериментировали в обыгрывании традиционных гармоний.
Молодые исполнители Charlie Parker и Thelonious Monk в том числе — не только играли новую музыку, но сознательно стремились нанести „пощечину общественному вкусу". Предавалось анафеме все, что было связано с эрой свинга, с танцевальным залом, с приглаженной и счастливой бродвейской эстетикой. Отстраненный вид, а не лучезарные улыбки, публика может слушать, а может и не слушать. (Во всяком случае завоевывать ее расположение эстрадными приемами не стоит. Не нравится — уходи!) Небрежная одежда, темные очки, козлиные бородки и малопонятные шуточки, иногда отпускаемые со сцены. Исполнение сольного эпизода спиной к зрительному залу (не смотреть надо, а слушать). Типичные битники сороковых годов. Сицилианская посвященность. Вопросы "как" и "что" задавать не стоит, потому что ответом будет ироническое презрение. Надо просто поверить музыкантам, включить пытливый слух и почувствовать себя своим.
Во всей этой стихии горячей виртуозности, безапелляционного неприятия установившихся джазовых традиций как нельзя кстати оказался фортепианный стиль, разработанный Thelonious Monk,— экономная угловатая манера, какие-то скрюченные малонапевные фразы, разрозненная ритмика и диссонирующие созвучия, которые иногда он вдалбливал в инструмент с упорством человека, наслаждающегося своими необычными находками. Фортепьяно перестало быть надежной опорой с постоянно слышимой гармонией. Редкие аккорды-всплески вклинивались в интуитивно ощущаемые паузы у духовых, а иногда накладывались на виртуозный импровизационный орнамент в совершенно непредсказуемых моментах.
Первоначально у многих возникло впечатление, что Thelonious Monk — технически слабый пианист. Потом выяснилось, что так могли говорить только плохо информированные люди, не слышавшие его ранних записей, где полно пассажей в духе Арта Тэйтума и Эрла Хайнза. Конечно же, неуклюжесть монковской игры — это часть его имиджа. Ударная артикуляция — это идеология, а лапидарность средств — необходимое условие для гармонической свободы. Даже друзья Thelonious Monk признавали, что играть с ним довольно сложно. Привычной ритмогармонической опоры от инструмента Thelonious Monk не исходило, иногда он вообще не аккомпанировал, предоставляя гармонии определяться по линии контрабаса и по мелодическим узорам импровизаций духовых.
Наряду со своими коллегами, выдающимися новаторами Charlie Parker и Dizzy Gillespie, Thelonious Monk рано заявил о себе как о композиторе. Уже в 1944 году появилась одна из самых красивых джазовых баллад „Round About Midnight", сложные гармонии которой вначале никого не вдохновляли, пока путевку в жизнь этой мелодии не дал Miles Davis. А в шестидесятые годы темы Thelonious Monk стали исключительно популярными среди джазменов новой волны. Среди них выделяются асимметрично-блюзовые „Straight No Chaser", „Blue Monk", медленные темы „Misterioso", „Monk's Dream", „Ruby, My Dear" или шлягероподобные (но с обязательной ритмической и гармонической изюминкой) „I Mean You", „Rhythm-a-ning". Next

Thelonious Monk джаз ноты
Thelonious Monk jazz mp3
Thelonious Monk jazz photo